Парамонов Федор Андреевич

Актер
Парамонов Федор Андреевич (1870 – 12 декабря 1908, Москва) – русский актер, ученик А.П.Ленского. В 1891 году закончил Драматические курсы Московского театрального училища. В 1891 – 1892 и 1895 — 1908 годах – актер Малого и Нового театров (в период с 20 мая 1892 по 14 августа 1895 отбывал воинскую повинность). Крупное природное комическое дарование Федора Андреевича Парамонова отмечалось уже на выпускном спектакле. Характеризуя исполнение им Воеводы из одноименной пьесы Островского на утреннике 1896 года, критик видел у него уверенность и непринужденность игры, обдуманность роли и мастерство ее отделки. Он писал, что Парамонову более всего подходят «характерные роли с бытовой окраской, без сильного драматического оттенка, требующие от артиста не столько темперамента, сколько уменья воспроизводить типические черты» (В.П.Преображенский «Молодые силы Малого театра». – «Семья», 1896, №38). Парамонов в известной степени и по дарованию и по кругу ролей смыкался с Рыбаковым. Но еще ближе становится он Макшееву, выступая как комик, актер на жанровые роли, в которых его отличают теплота сценического юмора, чуждость шаржу, правдивые, яркие и сочные краски.

В 1890-е гг. Ф. А. Парамонов показал себя хорошим комедийным актером, будучи занятым чаще всего, подобно Макшееву, в таких ролях, как Чубуков («Предложение»), Городничий («Ревизор»), 3-й мужик («Плоды просвещения»), Павлин Савельич («Волки и овцы»), Восмибратов («Лес») и другие. Из Парамонова выработался незаурядный комик, актер на жанровые роли, которые он играет с большой выразительностью, ярко и сочно, с теплотой и естественностью. Парамонов по характеру своего дарования был близок Макшееву. Н. Эфрос, называя его очень способным и искренним актером, но с неглубоким талантом, вспоминал, «как много настоящего и сочного комизма в этом актере со странным, не сценичным лицом, с сердитыми губами, сердитыми глазами, густым голосом, но ласковой душой. У него была довольно элементарная техника, он мало менялся. И не хватало культурности, не хватало артистичности, но очень часто исполнение было согрето настоящей теплотою, светил яркий огонек комизма. И никогда не была игра неопрятной, небрежной» (Н.Эфрос «Из Москвы» — «Театр и искусство», 1908, №45).

Следуя лучшим традициям Малого театра, но внося в них свое живое ощущение, сыграл Ф.А.Парамонов роль Городничего («Ревизор», 1898). Артист провел свою роль традиционно, отлично сыграв заключительный монолог, который произносил необыкновенно просто. В этом монологе «звучала такая искренность и слышалась такая горечь упрека, что мы все невольно притихли», писал С.Флеров (С.Васильев (С.В.Флеров) «Театральная хроника» — «Московские ведомости», 7 сентября 1898 года).

Уморительно забавен был Ф.А.Парамонов в роли комически утрированного Бартоло («Севильский цирюльник» Бомарше, 1898), особенно мимической игрой в сцене, где Базилио говорил о силе клеветы.

В спектаклях по пьесам Островского Парамонов хотя и не имел значительных успехов и на играл центральных ролей, но его творчество говорило о прочности реалистических традиций. Комедийный актер, мастер характерных ролей с бытовой окраской, Парамонов создал типичный образ Восмибратова («Лес», 1898), шумного и разгоряченного властью Дикого («Гроза», 1898), прекрасного Робинзона, исполненного им сдержанно, без шаржа, с неподдельным комизмом («Бесприданница», 1898), вводную роль отставного военного Турунтаева («Пучина», 1895). Это был актер, близкий по своей манере творчеству Островского. В весенней сказке «Снегурочка» (1900) Парамонов играл Бобыля в тонах сочного комизма, но без шаржа, очень цельно и выдержанно, рисуя хитрого пройдоху, веселого мужичка, любителя выпить.

Особый успех Ф.А.Парамонов имел в роли раба Калибана в пьесе У.Шекспира «Буря», поставленной А.П.Ленским в 1905 году. М. Морозов видел в Калибане темные силы природы, которые Просперо заставляет служить себе с помощью знания («История английской литературы», т. 1, вып. 2. М.-Л., 1945, стр. 59). Ю. Айхенвальд утверждал, что Калибан — это силы, которые живут в нас и которые нельзя полностью уничтожить, ибо они заложены в человеческой природе (Ю.Айхенвальд «Современное искусство» — «Русская мысль», 1905, кн. 12). В Калибане находили и порабощенного колонизатором Просперо неполноценного, неразвитого, но свободного дикаря, в котором человечность скрыта за грубостью его инстинктов. Парамонов создал очень яркий образ злобного, дикого получеловека, сына колдуньи, легковерное чудовище с лицом жабы, когтистыми перепончатыми лапами и в чешуе, как у пресмыкающегося, которому ближе из людей пьяные и преступные Тринкуло и Стефано, чем Просперо, тщетно пытавшийся воспитать из Калибана человека. Гуманистические идеалы Просперо, его ученый ум и нравственная глубина противоречили психологии Калибана, воплотившего чувственные и низменные инстинкты. Его восстание против Просперо было не порывом к свободе, а личной местью, бунтом существа, для которого неприемлемы высокие этические основы общества.

Также исполнял роли: Бартоло («Свадьба Фигаро» Бомарше, 1898), медник Рыло («Сон в летнюю ночь» У.Шекспира, 1899), Шалыгин («Воевода» А.Н.Островского, 1899), Франц («В глуши» М.Дрейра, 1901), полицейский Клюква («Много шума из ничего» У.Шекспира, 1907). С успехом выступал в спектаклях «Соломенная шляпка» (Лабиша, 1900) и «Даровой пассажир» (О.Блюменталя и Г.Кадельбурга, 1903).