Новости

«НАСТОЯЩЕЕ РОЖДАЕТСЯ В ТИШИНЕ»

«НАСТОЯЩЕЕ РОЖДАЕТСЯ В ТИШИНЕ»

Борис Невзоров однажды чуть не бросил актёрскую профессию. После первой свадьбы, в 19 лет, он решил, что кино не для него. Бросил учёбу в школе-студии МХАТ и подался в дворники... Но через год одумался.

На Урале с антрепризным спектаклем «Люби меня, как я тебя» побывал народный артист России, лауреат Государственной премии РФ Борис Невзоров. Зрителям он известен по роли Меркулова в «Марше Турецкого», генерала Крылова в «Сталинграде» (1989 года), Фёдора в картине «Найти и обезвредить» (кстати, снятой на Свердловской киностудии).

— Борис Георгиевич, многие артисты признаются, что их душа принадлежит театру, а кино — это лишь ускоренный путь к известности и возможность заработать деньги. Ваше отношение к этим двум видам искусства?

— Кино и театр — это абсолютно разные вещи, и я бы не стал их сравнивать. Там и там есть свои плюсы и свои минусы. Безусловно, сиюминутные переживания на сцене, энергетика живого зала ни с чем не сравнимы. Хотя и театры бывают разные.

— Похоже, вы нашли свой театр.

— Нашёл. Восемь лет я работаю в Малом театре, и мне здесь хорошо. Комфортно. Люблю играть Чехова, Островского, Гоголя. Можно сколько угодно говорить, что это нафталин, старьё. От этого классический театр, замешанный на русских традициях, не потеряет своей значимости. Как говорит Юрий Соломин, художественный руководитель нашего театра, Третьяковскую галерею бьют-бьют, бьют-бьют, а она как стояла, так и будет стоять. Вот и Малый театр всегда будет востребован, несмотря на обилие андеграунда.

— У шахтёров, лётчиков, да почти во всех профессиях существует возрастной ценз, а вот на артистов это не распространяется. Что заставляет в 80 и даже в 90 лет каждый вечер выходить к зрителям и тратить свою энергию?

— Сцена — штука заразная. Во-первых, она лечит — выходишь к публике и обо всех болячках забываешь. Сложно познать таинство, но то, что магия сцены существует, это точно. Что касается возраста, то актёр Малого театра Николай Александрович Анненков на юбилейном вечере в честь своего столетия вышел на сцену в роли боярина Луп-Клешнина. Может, и мне кусок творческого долголетия отломится.

— Вы признанный артист, в вашем послужном списке множество высоких наград, премий, званий. Что вы сами считаете успехом?

— Первое признание ко мне пришло после фильма «Россия молодая», где я сыграл кормщика Ивана Рябова. Мне было 32 года, когда я стал лауреатом Государственной премии РСФСР. Важно на этом не зацикливаться и за славу не цепляться. Если на неё не обращать внимания, она быстрее тебя находит. Как говорили мои педагоги из школы-студии МХАТ, для артиста главное — честно отрабатывать свой хлеб в хорошем понимании этих слов, быть сухими дровами. Куда дрова привезли, там и гореть, а не тлеть.

— Столичные знаменитости часто замечают: чем дальше от Москвы, тем больше духовности. Вы тоже так считаете?

— Скорее всего — да. Другой народ. Не будем разбираться в первопричинах, но это факт. Здесь не так озабочены побольше заработать, хотя деньги одинаково важны для всех, здесь нет столичной суеты. Насчёт духовности не знаю, а вот совести намного больше, это точно. Я сам родом из Астрахани. Каждый год езжу туда по нескольку раз. Знаете, какая странная штука происходит. Был период, когда хотелось побыстрее оттуда уехать в Москву — лучший город Земли. С возрастом начинаешь понимать, что самое лучшее место на Земле — там, где ты родился. Практически все через это проходят — отказываясь по молодости от своих корней, возвращаться после к родным истокам. В качестве профилактики я всех отправлял бы в командировку куда-нибудь в Америку на месячишко — посмотреть и убедиться, что у нас лучшая страна. Мы с иностранцами живём параллельно, в абсолютно разных измерениях: у них свои ценности, у нас свои.

— Слышала, что у вас есть намерение снять документальное кино о нашей провинции — для души, не для коммерции.

— Да, есть такая идея — создать цикл передач под условным названием «Тайны русской провинции». Не секрет, что в каждом городе, в каждом уголочке нашей необъятной страны есть какие-то загадки, которые не разгаданы, свои реликвии, которыми гордятся, некие легенды, которые передаются из поколения в поколение и существуют до сих пор. Это интересно! Я последнее время много езжу и натыкаюсь на такие удивительные места, на такие людские судьбы, что только диву даёшься. И становится очень жалко, что мы про какую-нибудь Индию или Арабские Эмираты знаем больше, чем про край, где живем. Хотелось бы рассказать, какая у нас Россия замечательная. Дефицит таких передач довольно очевиден. Инициативная группа начала работу, мне отводится роль автора и ведущего. С удовольствием буду продвигать этот проект.

— Урал успел чем-нибудь зацепить?

— Урал у меня на особом счету, с ним связано начало моей киношной биографии. Я здесь, на Свердловской киностудии, снимался в картине «Главный конструктор» о создателе танка Т-34 Михаиле Ильиче Кошкине. Это была первая моя большая роль в кино. Знаменитые «тридцатьчетвёрки» выпускал нижнетагильский Уралвагонзавод, и мы снимали в тех же самых цехах, где на самом деле производились танки, я даже на них ездил. Так что с вашим краем я связан довольно плотно.

— Недавно в программе «Линия жизни» вы сказали, что мечтаете написать книгу «Талант одиночества, или Толкователь снов».

— Есть такие мысли. Путь пройден большой, уже есть что сказать. Особенно на фоне того, как актёрская профессия меняет своё лицо, свою суть — и, к сожалению, не в лучшую сторону. Всё это взывает к определённой исповеди. Не хочется выглядеть брюзгой, но, работая с молодёжью, зачастую хочется крикнуть: ребятушки, вы довольно необразованные, ограниченные, с вами очень трудно разговаривать. Душевный разговор — это обмен чувствами, мыслями. Он складывается из того, сколько человек прочитал книг, сколько посмотрел картин, что испытал в жизни. Я дважды был в экзаменационной приёмной комиссии. Ребята приходят поступать и не знают имён великих мастеров: Ильинского, Бабочкина, Жарова. Они признают лишь Брэда Питта и ребят из «Дома-2» и «6 кадров». О чём с ними говорить? Артисты моего поколения были другие, с другими идеалами, сформированными общением с великими мастерами сцены. Сегодня эту цепочку даже не разорвали — покромсали на куски. Книга будет определённым криком души.

— Почему такое название — «Талант одиночества, или Толкователь снов»?

— Творческий человек при всей публичности, как правило, глубоко одинок. Потому что настоящее рождается в тишине, а не в той суете, которая нас окружает. Все мы живём как бы в двух мирах — реальном и вымышленном. Любая пьеса, сценарий — плод человеческой фантазии, вымысел, сон автора. Артисту отводится роль толкователя. Как истолкуешь этот сон, таким его зритель и увидит.

«Областная газета» (Екатеринбург), 10 декабря 2014

Дата публикации: 15.12.2014