Новости

ИМПЕРАТОРСКИЙ ОБЩЕНАРОДНЫЙ

ИМПЕРАТОРСКИЙ ОБЩЕНАРОДНЫЙ

250 лет учреждения государственного театра в России

«Повелели мы ныне учредить Русской для представления трагедий и комедий театр, для которого отдать Головинский каменный дом, что на Васильевском острову, близ кадетского корпуса» - начинающийся этими словами именной высочайший указ был дан правительствующему Сенату 30 августа 1756 года.

И ровно, день в день, два с половиной столетия спустя (ради такой красивой и впечатляющей даты решили даже не обращать внимания на вечно путающую погрешность летосчисления между старым и новым стилем) в санкт-петербургской Александринке берет свой отсчет начало весьма насыщенных торжеств к достопримечательному юбилею старейшей, как она себя с полным на то основанием числит, «государевой вотчины» отечественной Мельпомены. А затем сходные события пройдут уже в столице: 4, 5 и 6 сентября на прославленные подмостки Малого театра выйдут Островский и Гоголь, Щепкин и Мочалов, а также многие другие знаковые для этой сцены имена, которые «оживут» специально ради исторических представлений в честь отмечаемой «вторым университетом» Москвы как будто бы подоспевшей «своей» первой четверти тысячелетия.

Министерство культуры РФ, словно примиряя юбилейные амбиции двух извечно питающих друг к другу легкую нотку ревности драматических трупп из ведомства Конторы императорских театров, обозначило все происходящее как программу «плановых мероприятий, посвященных 250-летию российского государственного театра» в целом. И данная сколь эффектная, столь и обтекаемая формулировка оказывается на поверку более всего соответствующей содержанию переживаемого момента.

Ни в коей степени не умаляя театрального указа императрицы Елизаветы Петровны и его значения для развития отечественной культуры, хотелось бы все же понять: что именно мы отмечаем в эти дни на рубеже лета и осени, так удачно совпадающие с повсеместно традиционными сборами трупп и открытиями очередных сезонов? «Кого празднуем»? Весь ли по случаю «российский театр» как таковой со всеми его присными либо же исключительно двух старейших и досточтимых «представителей отрасли»? Вопрос не такой уж праздный. Ведь именно ответ на него только и может дать правильный и наиболее приличествующий в данном случае «духу и букве» события настрой.
История русского театра, уходящая своими корнями, как то и должно, в седую древность, - материя весьма сложная, запутанная, сравнительно малоизученная. А уж по части своих многочисленных, периодически утверждаемых и прямо противоречащих один другому юбилеев она, сама о том не подозревая, словно бы специально складывалась, «затачивалась» в своем нынешнем состоянии под инструментарий видного престидижитатора хронологии академика Фоменко (у которого, по счастью, до данной частной дисциплины руки еще не дошли).

Судите сами. Вплоть до начала XX века за «точку отсчета» был благополучно принят... 1672 год. В летней резиденции Алексея Михайловича Тишайшего, что в сельце Преображенском, тогда была возведена так называемая Комедийная хоромина, где под неусыпным кураторским надзором боярина Артамона Матвеева временно пребывающие на территории Руси иностранцы давали сценическое представление «Артаксерксова действа». Но это отнюдь-таки не был чисто гастрольный проект - благодаря стараниям того же Матвеева в выучку к зарубежным антрепренерам было отдано 27 мещанских детей из числа местных жителей, и именно этот факт впоследствии дал Александру Николаевичу Островскому возможность приурочить написание своей пьесы «Комик XVII столетия» именно что к 200-летию русского театра.

Впрочем, в качестве факта рождения собственно национальной сцены демократически ориентированную часть нашего общества упомянутые события всегда не слишком устраивали. Ради придания положению вещей характера куда более патриотического они с готовностью поступались семью десятилетиями и избирали в качестве отправного момента первые опыты ярославских «охочих комедиантов», вдохновитель и художественный лидер коих, купеческий сын Федор Волков, был практически официально утвержден в роли «отца русского театра».

Вообще довольно любопытно наблюдать в исторической перспективе, как всякое время и различные социокультурные векторы пытались преподнести собственный взгляд на онтологический вопрос, обозначить собственную точку зрения на дату и место рождения популярнейшего в стране рода искусства. Так, на этапе, хорошо известном нашим настойчивым стремлением утвердить и обосновать отечественное «право первородство» едва ли не во всех областях человеческой мысли и духа, научная мысль едва ли не на полном серьезе бралась отодвинуть факт появления театрального сущего аж к XI веку от Рождества Христова, а точнее к 1068-му, первому письменному упоминанию о скоморохах. (Представления которых, кстати сказать, - это к вопросу о прихотливо-неисповедимых путях истории предмета - в свое время запретил тот же Алексей Михайлович.) Кто-то свято убежден в том, что современная русская сцена имеет своих прародителей в лице религиозно «ориентированного» школьного театра при Славяно-греко-латинской академии. Кто-то числит узловой фигурой государя-самодержца Петра Великого, который, находя, «что в большом городе зрелища полезны», активно хлопотал о привлечении в Россию труппы актеров, которые владели бы если не русским, то хотя бы одним из близких к русскому славянских языков. Хотя и безуспешно...

Сегодняшней же громкой юбилейной датой мы чествуем, по сути сказать, его венценосную дщерь, впервые обозначившую 250 лет назад российский театр объектом государственной заботы и попечения. И в этом смысле свершающееся празднование, с одной стороны, опять-таки достаточно точно отражает некую глубинную сущность переживаемого нами времени, а с другой - выпадает как нельзя более кстати и служит ему своего рода красноречивейшим из напоминаний и нравоучительнейшей исторической параллелью. Театр и государство в России трудно отделимы друг от друга - имея в виду, безусловно, театр как институт, а не некий конкретный сценический коллектив, что может быть очень даже независим и самодостаточен. Несмотря на всю сложность перипетий, коим суждено было выпасть на долю двух-с-половиной-векового «романа», это сейчас следует признать безусловной данностью. Особенно в свете только что порядком посотрясавшего всю нашу сценическую «систему» призрака пресловутой театральной реформы, за которой труженики подмостков почти в полном своем составе провидели близкую реальность краха. И, скорее всего, их опасения следует признать небезосновательными. Несмотря на те выразительные картины грядущего «неба в алмазах», что рисуют перед ними убежденные сторонники отделения театра от государства.

И потому замечательно, что полузабытую на протяжении весьма длительного времени дату официального возникновения нашего театра де-факто сегодня не просто вспомнили, но смогли придать ей весомость крупного и значимого события. Пускай и отмечаемого в пространстве лишь двух «храмов Мельпомены», двух императорских сцен, двух
- хотим мы того или нет, воспринимаем ли их нынешнее состояние как превосходное или же в качестве весьма удовлетворительного - базовых элементов культурного достояния нации. Замечательно, что под этот несколько неожиданно «всплывший» юбилей старейшим российским Театрам-Домам были выделены весьма приличные суммы из бюджета на ремонт и реконструкцию (несопоставимые, понятное дело, с деньгами, потекшими их соседям и нашим главным сценическим «полпредам» в мире - Большому и Мариинскому, - но все же). Замечательно, что в двух столицах откроются масштабные выставки и увидят свет «уникальные научные и популярные издания». И что Александринка по случаю сумеет провести заодно даже и реконструкцию такого «исторического объекта», как ее база отдыха в поселке Ольгино. Что волшебным образом преобразилось согласно последним достижениям светомузыкальной индустрии техническое оснащение сцены Малого, которое отныне, если верить шутливому заявлению Юрия Соломина, способно в случае внезапной болезни артиста выручить театр демонстрацией конгениального «шоу со светомузыкой». Что обновились залы и фасады двух памятников архитектуры и «живой» культурной связующей нити...

Можно, конечно, «с ученым видом знатока» чуть поиронизировать по поводу того, что эти-то как раз памятники имеют к празднуемому юбилею не вполне абсолютное отношение. Александрийский театр как таковой впервые впустил в свои стены публику в 1832-м (а свое двухсотлетие, все по тем же причинам туманности фактографических первоисточников, отмечал в... 1950-м). Малый, чье пышное празднование 150-летнего юбилея еще у многих на памяти, открылся в 1824-м... Но нынешние его руководители настаивают, что тогда речь шла именно о юбилее здания. «Старики, - поминал недавно генеральный директор театра Виктор Коршунов, - очень все переживали, они говорили: отсчет идет от 1756 года, от создания государственного театра в России». Правильнее же - со всех точек зрения - вести речь именно о труппе, о главном участнике театрального процесса. А для оного повелели набрать актеров и актрис, - говорилось в строках того призванного «установить Российский театр» судьбоносного указа мудрой правительницы Елизаветы, - актеров из обучающихся певчих и ярославцов в кадетском корпусе, которые к тому будут надобны, а в дополнение еще к ним актеров из других не служащих людей, также и актрис приличное число». И именно их «наследниками по прямой» могут по праву считать себя не только все нынешние сотрудники творческих частей Государственного Александрийского и Государственного Малого, но и все остальные люди, выходящие в наши дни на свет рампы, вне различия их статусов, степеней и почетных званий.

И остается только надеяться и уповать на то, что их у нас всегда и во все времена будет «приличное число».

ОТДЕЛ «ИСКУССТВО»
«Литературная газета», 30.08.2006

Дата публикации: 30.08.2006