Новости

«Звуковой архив Малого театра» ГЛИКЕРИЯ ФЕДОТОВА В РОЛИ ВАСИЛИСЫ МЕЛЕНТЬЕВОЙ

«Звуковой архив Малого театра»

ГЛИКЕРИЯ ФЕДОТОВА В РОЛИ ВАСИЛИСЫ МЕЛЕНТЬЕВОЙ

Уникальная запись монолога Василисы Мелентьевой в исполнении великой Гликерии Федотовой открывает большую серию публикаций звуковых исторических документов. Все записи, которые будут выкладываться на сайте раз в неделю, взяты из набора грампластинок, выпущенного в 1974 году и посвященного 150-летию Малого театра. Таким образом «Звуковой архив» обогатится записями голосов более чем ста артистов Малого театра, выступавших на его прославленной сцене с середины XIX века до наших дней. Записи будут опубликованы в том порядке, как они были представлены в оригинальном издании. Комментирует записи народная артистка СССР Елена Николаевна Гоголева.

Гликерия Федотова. Монолог Василисы Мелентьевой из одноименной пьесы А.Н.Островского. Запись начала XX века. (1,5 Мб)


Г.Гоян

Гликерия Федотова в роли Василисы Мелентьевой

Из книги «ГЛИКЕРИЯ ФЕДОТОВА»

«Драматическая поэзия ближе к народу, чем все другие отрасли литературы», — писал А. Н. Островский. И, как бы давая характеристику своему собственному творчеству, заключал: «Русские авторы желают пробовать свои силы перед свежею публикою, у которой нервы не очень податливы, для которой требуется сильный драматизм, крупный комизм, горячее, искреннее чувство, живые и сильные характеры».

Эти характерные черты драматургии Островского великолепно и полностью воплотила на сцене Гликерия Федотова. Больше того, если понадобилось бы дать краткий перечень характерных сторон творчества самой великой артистки, то мы должны были бы повторить подчеркнутые нами слова Островского.

Гликерия Николаевна была ярко выраженная, типичная русская женщина. Это сказывалось во всем ее внешнем и внутреннем облике.

А. В. Луначарский, высоко оценивая исполнение Федотовой шекспировских героинь, властных, полных сил и активности, и восхищаясь многогранностью ее таланта, утверждал, что в то же время «весь склад натуры Федотовой делал ее необыкновенно подходящей для изображения русских женщин, типов, близких к народу, какие часто встречаются в драмах Островского. Пересечение черт глубоко национальных с вышеуказанными чертами характера, какие встречались, например, в роли Василисы Мелентьевой, давали особенно яркие, может быть, неповторяемые вспышки».

Роль Василисы Мелентьевой — одна из наиболее сложных и трудных. А. Н. Островский, как только закончил драму, сам вручил эту роль двадцатидвухлетней актрисе, несмотря на то, что в театре ей поручили играть царицу Анну, наделенную по пьесе пассивным характером. Молодая артистка не решалась взять на себя ответственную роль Василисы, но Островский настоял на своем. Роль проходил с ней он сам. Она, по ее же словам, «выполнила все его требования».

Замечательный знаток человеческой психологии, Александр Николаевич не ошибся, выбирая исполнительницу роли Василисы. Он уже тогда разглядел характер самой Гликерии Николаевны. «Она была, — вспоминает Е. Д. Турчанинова, — очень умна, остроумна, тактична, с большим характером и волей. В театре с ней считались и боялись, даже режиссер». А. А. Яблочкина рассказывает: «Главный режиссер, Сергей Антипович Черневский, который был за кулисами полновластным хозяином, грозой для всей труппы, и не только для молодежи, но и для актера с положением носил к Гликерии Николаевне ежедневный репертуар на утверждение и перед тем, как войти в уборную Федотовой, всегда крестился».

Черты характера Гликерии Николаевны, выступающие через многогранную призму ее замечательного мастерства, озаряли облик Василисы Мелентьевой., Перед зрителями представала Василиса — Федотова, «пленительная, властная, хитрая, чаровница, ловкая, умная, с огромным юмором, страстью, лукавством».

Федотова создала величественный образ, «воспроизводя плавную походку Василисы, закругленные, волнообразные жесты и гордые речи». Вместе с тем ею была показана «грациозная злодейка с ее лукавством и простодушием, зверством и нежностью».

Роль Василисы прочно вошла в репертуар Федотовой. Двадцать шесть лет спустя после премьеры в 1868 году рецензент журнала «Артист» писал о выступлении Гликерии Николаевны: «С каким мастерством передает артистка малейшие изгибы разнообразных свойств богатой натуры Василисы! Федотова с начала пьесы до конца сливается настолько полно с изображаемым лицом, что является действительно живым образом. Против ожидания, время и годы наложили весьма незаметный след на исполнение талантливой артисткою роли Василисы. Если не считать чувствовавшегося в некоторых местах недостатка прежней силы, в общем роль была исполнена Федотовой, как и прежде, образцово».

В последний раз Гликерия Николаевна сыграла эту роль 29 июня 1898 года на сцене Харьковского театра. Стало быть, она исполняла ее на протяжении тридцати лет.

Островский «признал за совершенство» игру Федотовой в роли Василисы. Он глубоко преклонялся перед талантом одной из лучших истолковательниц его произведений. Он прекрасно понимал, что Федотова вместе с ним творила его типы. Она особенно умела дать почувствовать зрителю все тонкие, едва уловимые штрихи замечательного художественного рисунка Островского, его музыкальный язык.

Гликерия Николаевна рассказывала Н. Эфросу, что Островский имел привычку на репетициях ходить за кулисами. Он требовал, чтобы актеры могли рисовать образ одним голосом, без помощи мимики и жеста.

Речь Федотовой была образцом сценической речи, достойной языка Островского. Через много лет после ее ухода со сцены, в глубокой старости, когда она была прикована к постели, к ней пришла Е. Д. Турчанинова и сказала, что будет играть в «Грозе» Островского роль Кабанихи. Гликерия Николаевна пожелала ее выслушать и предложила: «Я буду подавать вам реплики».

«У меня заколотилось сердце и от страха читать перед строгим судьей и еще больше от трагической картины, которую я видела перед собой, — вспоминает Е. Д. Турчанинова. — Передо мной лежала со скрюченными острым ревматизмом и подагрой руками и ногами чудесная артистка, и только одни умные, проницательные, красивые, блестящие молодые глаза остались те же! Я начала читать. Молодой, ясный, нежный, тихий голос Катерины отвечал мне:

«Для меня, маменька, все равно, что ты, что родная мать».

У меня захватывало дыхание, я услышала вновь чудесную артистку, — так мы провели с ней всю роль. Она подавала мне реплики и за других действующих лиц, и я опять наслаждалась ее чудной речью!»

Дата публикации: 01.02.2006