Новости

РАССКАЗЫ М. С. ЩЕПКИНА, ЗАПИСАННЫЕ Н. М. САТИНЫМ

РАССКАЗЫ М. С. ЩЕПКИНА, ЗАПИСАННЫЕ Н. М. САТИНЫМ

О дяде, племяннице и их козачке

В 181* году в Харьковской губернии по соседству друг от друга жило два брата помещика. Оба были люди небогатые, один холостой, другой вдовый с двумя взрослыми дочерьми. Холостяк был человек натуры грубой: огромного роста, широкоплечий, краснолицый, с басистым голосом и со всеми животными страстями. Старший брат его, вдовец, напротив, был необыкновенно маленького роста, худощавый, бледный, с тоненьким писклявым голоском, так что в уезде его называли «воробьиным царьком». Зато наградил бог его старшую дочку, как говорится, и «ростом и дородством». Она была молодец девка; управляла отцом, всем домом и всей деревней и даже изъявляла явное притязание на управление и самим дядюшкой, несмотря на его громкий голос и богатырскую осанку. В самом деле, по физическому ли сродству или по нравственной симпатии, но между племянницей и дядюшкой завелась тесная дружба. Когда он приезжал к своему маленькому братцу (а это случалось довольно часто), они тотчас уходили в сад или на гумно—смотреть хозяйство. Но вот племянница стала вдруг толстеть и прихварывать; по соседству пронеслись какие-то слухи; но они были поставлены за счет злословия, и дядюшка поднял громадный кулак и клялся заткнуть им глотку первого сплетника или сплетницы.
Наконец племянница слегла, и в то же время дядюшке подкинули новорожденного мальчика. По соседству опять пронеслись какие-то слухи, дядюшка снова поднял грозный кулак и повторил клятву, и слухи снова были поставлены на счет злословия и замолкли. Между тем все пришло в порядок: племянница выздоровела и похудела, дядюшка успокоился, а мальчик рос не по дням, а по часам и обещал быть похожим на племянницу и на дядюшку вместе. О воспитании, разумеется, не было и речи, и мальчик рос деревенским баловнем. Когда ему минуло 8 лет, дядюшка остриг его в кружок, одел козачком и подарил его племяннице в день ее именин. Племянница была очень довольна подарком, и, когда к обеду собирались гости, она всем и каждому говорила: «Посмотрите, какой мне дядюшка пропуск; Алешка, поди сюда!»—и она делала ему какой-нибудь глупый вопрос, на который Алешка отвечал не запинаясь; и она гладила его по масляной голове и приговаривала: «Умница, умница! Право, не по летам умен». И все присутствующие осматривали его как диковинку, задавали ему разные вопросы, подшучивали над ним. Мальчик рос и становился более и более дерзким не только с домашними, но и с самой барыней. Дядюшка умер, оставив племяннице все свое имение, племянница состарилась, мальчик вырос и сделался отъявленным мерзавцем. Барыня не раз секла Алешку на конюшне; но однажды, когда за какой-то важный проступок она приказывала снова отвести его на конюшню, он не только наговорил ей грубостей, но даже осмелился поднять на нее руку.
Барыня взбесилась, приказала надеть на него кандалы и отвезти его в город — в рекруты.

Дата публикации: 26.12.2005