Новости

ИРИНА ЛИКСО Наталия Пашкина. Серия «Библиотека Малого театра». Выпуск 16. М., 2004.

ИРИНА ЛИКСО

Наталия Пашкина. Серия «Библиотека Малого театра». Выпуск 16. М., 2004.

Мне кажется, что человек становится по-настоящему счастливым, когда он обретает себя в профессии, которая делает его жизнь более полноценной, осмысленной, радостной. Мне повезло. Я испытала это счастье.

[right">Ирина Ликсо[/right">


У нее - слегка напевные интонации. Чарующий, глубокий, полнозвучный, словно бы струящийся голос. Голос, совершенно необычного тембра, обертоны которого перетекают друг в друга, как переливы нежных хрустальных колокольчиков.
У нее - одухотворенное, прекрасное лицо с правильными чертами. Аристократические манеры. Королевская осанка и стать. Кажется, будто она сошла с полотна художника-классициста, столь гармоничен и совершенен весь ее облик.
Ирина Ликсо всегда была прекрасна, пленительна, грациозна. И сохранила благородство, красоту и обаяния до сих пор. Такие, как она, могут стать идеальной моделью для художников, способны вдохновить к созданию стихов и музыкальных произведений, воодушевить на подвиги и великие деяния. Такие женщины, как она, рождены царствовать, повелевать, внушать поклонение...
А между тем не все складывалось у Ирины Ликсо безмятежно и счастливо. Жизнь ей выпала нелегкая. Испытаний, бедствий и потерь было с лихвой. Хотя кто сказал, что царственным особам и прекрасным женщинам легко живется? У них у каждой своя, порой непосильная, ноша, своя особая судьба, своя мера печали и разочарований, огорчений и бед.
Свою горькую чашу несчастий и тяжелых испытаний Ирина Ликсо выпила сполна. Чего только не было в ее жизни! Ограничения в правах старших членов ее семьи. Ранняя разлука с родителями, разделенными с ней военными обстоятельствами. Голод, лишенья и тяготы войны... Бездомность, скитания по чужим углам, неурядицы послевоенного быта... Гибель отца на фронте... Ранний уход из жизни мужа, перенесшего плен и два фашистских концлагеря... И уж совсем преждевременная смерть зятя, мужа единственной дочери... В этом скорбном списке бедствий и утрат словно бы растворяется, уже не кажется такой беспросветной печаль о несыгранных ролях, знакомая всем артистам.
Родилась будущая актриса в Витебске. Но вскоре ее родители переехали в Калугу. Анатолий Ликсо, отец Ирины, вынужден был уехать подальше от родных мест, чтобы скрыть свое дворянское происхождение. Бабушка, мать Анатолия, была урожденной польской графиней Любощицкой. А, как известно, после революции дворянские корни ценились со знаком минус, что отнюдь не способствовало устройству жизни и карьеры. С мамой же Ирины оказалось еще сложнее. Ее отец, Ирин дед, был в свое время весьма состоятельным и известным человеком, имел в Москве большие дома и различные предприятия. Слава о его былом богатстве не померкла и после революции, что очень осложнило жизнь его семье. Мама Ирины закончила в Москве Бестужевские Высшие женские курсы. Была дипломированным историком и филологом, эрудированным, знающим, очень одаренным человеком. Но нигде не могла найти себе работу, ее никуда не брали - мешала биография. Бабушку как вдову бывшего капиталиста и вовсе лишили прав. Ей пришлось добиваться приема у Калинина, который в конце концов ее принял и восстановил в правах, что было необычайно важно в то время. А маленькую Иру из-за ее происхождения долго не хотели принимать в октябрята. Всех принимали, а ее нет. И она, маленькая, все плакала, потому что никак не могла понять, в чем она виновата и почему не может быть такой, как все ребята.
Детство и юность Ирина Ликсо провела в Калуге, прекрасном старинном городе, ставшем для актрисы неисчерпаемым источником вдохновения. Навсегда запечатлелся в ее памяти поэтический образ города детства с его величавой красотой многочисленных церквей, очарованием маленькой речки Ячейки, впадающей в Оку, загадочностью старого городского парка, по аллеям которого бродил странный, как ей тогда казалось, старик в котелке и старомодном, длинном пальто с бархатным воротничком. Потом ей сказали, что это Циолковский. Она жила недалеко от дома великого ученого, часто встречала его на улице и в парке. Но не осознавала тогда, что видит гения, - слишком уж была мала. К тому же мысли ее находились далеко от научных устремлений. С самой ранней поры ею владела иная мечта.
С малых лет, чуть ли не с первого класса, Ирина буквально заболела театром. Участвовала в детских представлениях, изображала лошадок и других зверушек. Затем, став чуть взрослее, активно посещала драматический кружок. Жила ее семья недалеко от театра. И конечно, Ирина посещала все премьеры и по несколько раз смотрела все спектакли. Калуга, расположенная недалеко от Москвы, была городом театральным. Многие столичные артисты с удовольствием приезжали на гастроли в красивый, уютный городок.
Однажды один актер из театра - Ликсо навсегда запомнила его фамилию: Князев - посмотрел отрывки из школьных спектаклей, и сказал, что ей надо идти в театральный ВУЗ. Обнадеженная поддержкой профессионала, давно втайне грезившая о театре, Ирина сообщила о своей мечте родителям. Но они оказались не готовы к такому выбору дочери. Особенно беспокоился отец. По профессии Анатолий Ликсо был агрономом. Знакомый с театральным искусством только как зритель, он не знал, что посоветовать дочери.
Но, к счастью, семья Ликсо имела родственников в Москве. Среди них - один был врачом, работавшим в медицинской части Художественного театра. Он знал всех артистов МХАТа и был близко знаком с самим Василием Ивановичем Качаловым. Когда Анатолий Ликсо обратился к родственнику за советом по поводу намерений дочери, тот предложил привезти ее в Москву на каникулы и показать Качалову, чтобы решить, есть ли у нее талант.
В каникулы весь класс провожал Иру в Москву. К предстоящему прослушиванию у Качалова мама сшила ей красивое платье. Приехав в Москву, они с отцом сразу отправились к родственникам, а вещи, в том числе и новое платье, оставили в камере хранения. Выяснилось, что Качалов готов прослушать Ирину в тот же день, немедленно. Так новое нарядное платье, сшитое специально для выступления перед Качаловым, осталось невостребованным. И Ира, в чем была, в простой дорожной одежде, одна отправилась к знаменитому артисту. Папа волновался так сильно, что не смог ее сопровождать.
Качалов встретил будущую актрису в роскошном домашнем костюме сине-голубого сукна, в лакированных ботиночках, в золотом пенсне. Провел к себе в кабинет, где Ира увидела на стене огромную фотографию Аллы Тарасовой в черном платье.
- Я очень волновалась, - рассказывает актриса. - Но Василий Иванович настолько очарователен и прост был, настолько естественен и доброжелателен! Он усадил меня в большое, уютное кресло. Вскоре пришла его жена, Литовцева Нина Николаевна, режиссер Художественного театра. И они вдвоем стали меня расспрашивать о семье, о городе, о театре. Разговаривали со мной, как с равной. Их доброта и искренняя заинтересованность вывели меня из зажатого состояния. Я как-то внутренне успокоилась и почти не заметила, как мы перешли к цели моего прихода. Я читала Василию Ивановичу все, что могла. Все, что тогда знала, я ему и прочитала. И, в конце концов, он сказал: «Обязательно, деточка, надо Вам поступить в театральное училище. И я даже думаю, что нам во МХА-Те будет нужна такая актерская индивидуальность, как Ваша. Поэтому Вы приезжайте осенью. У нас будет прием в нашу театральную студию».
В Калугу Ирина вернулась счастливая, окрыленная, с надеждой в душе. Летом она снова приехала в Москву и посмотрела комедию «Много шума из ничего» в Вахтанговском театре. Знаменитый спектакль глубоко поразил ее и запомнился на всю жизнь.
- Я просто заболела. Настолько это был очаровательный спектакль. Великолепная музыка Хренникова! Блистательные Рубен Симонов и Цецилия Мансурова в главных ролях! И я заявила папе, что хочу поступать в Вахтанговский театр. Собрала все документы и послала в Вахтанговское училище. А папа часто ездил в командировки в Москву. И кто-то ему посоветовал, что мне надо непременно поступать в Малый театр. Он взял мои документы из Вахтанговского училища и отнес их в училище Щепкина при Малом театре. Приехал и говорит: «Знаешь, мне сказали, что надо обязательно идти в Малый театр, там такие знаменитые артисты!» Я, конечно, на какой-то момент расстроилась. Ну, что было делать?
Экзамены в Щепкинском училище должны были быть в августе, а во МХАТе - только в конце сентября. Я подумала: попробую поступить в Малый театр, а потом уже буду пытаться попасть во МХАТ. И пришла на прослушивания в Малый. Комиссия оказалась весьма внушительной: Александр Павлович Грузинский, Вера Николаевна Пашенная, Илья Яковлевич Судаков. Прошла я все три тура. Но, чтобы поступить в училище, выдержав творческий конкурс, надо было еще сдать экзамены по общеобразовательным дисциплинам. А в тот период при поступлении в ВУЗ требовалось почему-то сдавать не три-четыре экзамена, как сейчас, но отвечать практически по всем предметам, которые проходили в школе. И мы сдавали экзамены по геометрии, алгебре, физике, химии, географии, ну, и конечно, русскому языку, литературе, истории... Я настолько устала и замучилась, что решила: не буду я уже поступать во МХАТ, потому что там тоже все это придется вновь пересдавать. Осталась я в нашем училище и попала на курс Судакова. И очень счастлива, что именно к нему, потому что, конечно, школу он дал очень хорошую. Школу настоящей органики и большой правды. К тому же Илья Яковлевич был тогда художественным руководителем Малого театра.
Попав в школу Малого театра на курс Судакова, Ирина Ликсо, сама того тогда до конца не осознавая, совместила две большие задачи. Ведь Судаков был одним из ярчайших представителей мхатовского направления. И, учась в училище имени М.С. Щепкина на курсе, руководителем которого был сам Судаков, она приобщилась и к школе Малого, и к школе Художественного театра.
Вскоре началась война, и училище перевели в Челябинск. Но Ирина Ликсо и две ее однокурсницы попали туда много позже остальных студентов. А вышло это так. Когда училище еще не было эвакуировано, а немцы подошли к столице очень близко, их педагог по мастерству актера М.Л. Лейн сказал, что из Москвы надо уезжать. И посадил троих юных студенток на грузовик к одному полковнику, который перевозил свою семью. - Мы уезжали в тот момент, когда уже по всему городу летели бумаги, которые жгли учреждения. Немцы были на самых подступах к Москве. Вместе с семьей неизвестного нам полковника мы попали в Чувашию, в город Чебоксары. Там мы и застряли. Полковник поместил нас в одну чувашскую семью, очень, кстати, хорошую, добрую. К нам отнеслись тепло, сочувственно, почти по-родственному. Когда немцы стали отступать от Москвы, мы решили вернуться назад. Пробиться в Москву было очень сложно, везде стояли патрули, оцепления. Нас перевозили с большими предосторожностями за какими-то ящиками, прикрытыми одеялами.
Вернувшись назад в Москву, Ирина какое-то время жила дома у одной девочки с курса. Училище уже эвакуировалось, все уехали, общежития не было. И если бы не гостеприимство подруги, она просто оказалась бы на улице. Потом пришло письмо от педагога В.И. Цыганкова, которым он вызывал ее в Челябинск. Их курс был последним, выпускным. Приближалась пора дипломных спектаклей. И Ирина отправилась в Челябинск.
- Я ехала целую неделю поездом на третьей полке, где обычно перевозят чемоданы. Встречали меня все ребята с нашего курса. Город был освещен. Затемнения не было. Можно было ходить по улицам и вечером, и даже ночью. Это казалось тогда сказкой. Дали мне карточки, выделили какое-то питание, устроили жить, как и всех, на частной квартире. Я спала в детской кроватке, в которой ноги вытянуть было нельзя. Но подобное неудобство по сравнению с другими военными тяготами и трудностями казалось сущим пустяком.
Выпускался курс в Челябинске. Дипломной работой стал спектакль «Благочестивая Марта» по пьесе испанского драматурга Тирсо де Моли-на. Показывали его в фойе драмтеатра, без костюмов, без декораций. Ликсо играла заглавную роль. Экзамен был сдан на «отлично», и она была принята в Малый театр. Ей сразу же поручили роль Марфиньки в «Обрыве» Гончарова, инсценировку которого решил осуществить Судаков. Начались репетиции. Но тут вдруг пришел приказ, что Малый театр должен вернуться в Москву.
В Москве ее поселили в общежитии Малого театра, которое тогда находилось в самом здании училища на Неглинке. Там была маленькая квартирка из двух комнат. Когда-то в ней жила известная актриса Дарья Зеркалова. А потом одну комнатку отдали Ирине Ликсо, а в другой жил артист Сергей Конов со своей мамой. Мама же Ирины была в оккупации, в Калуге, откуда ее с большими трудностями удалось вывести в Москву только после войны. А отец сражался на фронте, с которого ему не суждено было вернуться...
Так началась ее московская жизнь, ее жизнь в профессиональном театре. Сразу начинающую актрису ввели на роль Сильвии в спектакль «Комедианты». В романтической комедии Х.Бенавенте она играла влюбленную девушку, а ее сосед по общежитию С. Конов, играющий Леанд-ра, был в спектакле ее кавалером. После успешного дипломного показа в роли испанки Марты дебют в испанской пьесе на профессиональной сцене прошел довольно легко и удачно. Но настоящее признание обрушилось на молодую актрису вместе с ее второй ролью. Именно она приковала к себе внимание всей Москвы, вызвала большой интерес публики и критиков. Работа была такой яркой и вдохновенной, что многие вспоминающие о начале творческого пути Ликсо, ошибочно полагают, что именно эта роль явилась ее дебютом на сцене. Речь, конечно же, идет о Софье в «Горе от ума».
В тот, 1945 год страна широко и торжественно отмечала 150-летний юбилей А.С. Грибоедова. В Большом театре устроили вечер, посвященный памяти поэта. Там выступали разные театры. Первый акт «Горя от
ума» играл Саратовский театр, второй - МХАТ, а Малый театр давал третий акт. Спектакль Малого театра, поставленный в 1938 году П. М. Садовским и И.Я. Судаковым, после войны не шел. А к юбилею его решили восстановить. К. Тарасова и Н. Арди, прежние исполнительницы Софьи, по возрасту уже не могли ее играть, и роль дали юной Ирине Ликсо. - Я считаю, что мне просто необыкновенно повезло, - рассказывает актриса. - Роль Софьи я готовила вначале с Борисом Ильичом Вершило-вым и Ильей Яковлевичем Судаковым, режиссерами, долго работавшими в Художественном театре. Затем самостоятельно с моими коллегами, молодыми артистами Костей Назаровым и Валей Темкиной. А завершал репетиции, отшлифовывал все, мною наработанное, Пров Михайлович Садовский.
Удивительным образом не совпадающие, а иногда даже взаимоисключающие требования и задачи, выдвигаемые такими разными художниками, как Вершилов, Судаков и Садовский, не запутали, не сбили с пути начинающую актрису, но привели ее к высокому творческому результату. Учтя наставления и подсказки старших коллег, юная Ирина Ликсо сумела создать убедительный, целостный, полнокровный образ.
Да, это была, несомненно, она, красивая, грациозная, чарующая, своенравная и дерзкая Софья. Умная и насмешливая, независимая и смелая, чувствительная и сентиментальная... Гордая, властная, но спо-
собная к самоотречению во имя любви... Порой капризная, порой безрассудная, постоянно изменчивая, она словно была соткана из противоречий. Иногда Софья Ирины Ликсо казалась холодной, эгоистичной, умела быть сдержанной и даже надменной, как большинство светских барышень тех далеких лет. Но она же могла проявить горячность и страстность в искреннем, живом, непосредственном порыве. Была способна на настоящие, сильные и даже самоотверженные чувства, словно являлась не дочерью барина Фамусова, а родной сестрой горничной Лизы.
Создав живой, интересный, привлекательный сценический характер во всей сложности его противоречивых черт, молодая актриса одержала первую большую победу. Она сумела точно и органично вписаться в ансамбль больших мастеров Малого театра, стать с ними вровень. А ведь в этом спектакле начинающая актриса выступала с такими знаменитостями, как В.Н. Рыжова, Е.Д. Турчанинова, В.Н. Пашенная, К.А. Зубов, П.М. Садовский, И.В. Ильинский, М.И. Царев, и с многими другими артистами, чьи имена — легенда русской сцены. Критики, пишущие о «Горе от ума», признавали работу Ликсо бесспорной удачей спектакля. Говорили не только о непосредственности, обаянии, красоте и женственности, свойственных начинающей актрисе, но отмечали свежесть и убедительность трактовки трудной роли, а также незаурядный талант исполнительницы и проявленное ею «тонкое и умное мастерство».
Впечатление, производимое Софьей Ирины Ликсо, было настолько сильным, что даже знаменитая Франческа Гааль, посетившая в 1946 году нашу страну, не удержалась от слов восхищения и благодарности в адрес юной исполнительницы. В антракте спектакля «Горе от ума» кинозвезда, широко известная во всем мире по фильмам «Петер» и «Маленькая мама», специально зашла за кулисы поздравить молодую актрису с блистательно исполненной ролью.
Свой первый большой успех Ирина Ликсо закрепила в следующей работе. В спектакле «Женитьба Белугина» она сыграла Елену, избранницу главного героя. Андрей Белугин в темпераментном, эмоциональном, романтически приподнятом исполнении Николая Анненкова и Елена Кармина, сыгранная Ликсо тонко, глубоко и искренне, составили изумительную сценическую пару. В комедии А.Н. Островского и Н.Я. Соловьева, поставленной Малым театром в апреле 1945-го, в канун Великой победы, перед зрителями предстали два удивительных персонажа. Герой, сконцентрировавший в себе лучшие черты национального характера, и героиня - утонченная, изысканная, грациозная. Белугин Анненкова — натура яркая и стихийная, человек чистой души и открытого, доверчивого сердца, эдакий русский богатырь, сильный и не склонный к поражению. И Елена Ирины Ликсо - юное, мечтательное существо, еще пока плохо знающее жизнь и людей, не всегда умеющее отличить красивые фразы и громкие обещания от истинно глубоких, искренних чувств.
Переживания Андрея Белугина, отчаянно сражавшегося за сердце любимой женщины, волновали и трогали зрителей еще сильнее, когда они видели перед собой ту, за кого он бился - Елену Ирины Ликсо, бес-
предельно женственную и хрупкую, беззащитную и трогательную, чистую и поэтичную. «Трудно представить себе более блестящий и тонкий облик Елены Карминой, ослепляющей своей красотой, молодостью, нарядностью и вкусом первобытного купеческого сынка, чем тот, который дан на сцене Малого театра», - писал о работе Ликсо Леонид Гроссман.
Первые, виртуозно исполненные актрисой, роли утвердили ее в амплуа героини. За Софьей и Еленой последовали Оливия в шекспировской «Двенадцатой ночи» и Луиза в «Коварстве и любви» Шиллера. Затем, уже в следующем десятилетии, она сыграла умную, гордую, блистательную красавицу-аристократку Лидию в горьковских «Варварах», несчастную, почти теряющую разум от горя леди Макдуф в «Макбете» Шекспира, расчетливую, умную, ловкую авантюристку Бекки Шарп в инсценировке «Ярмарка тщеславия» по В.Теккерею... И еще множество героинь в произведениях мировой классики и в пьесах советских авторов.
С первых дней своей сценической карьеры Ликсо заняла заметное положение в труппе. Ей не пришлось, как многим молодым актерам и актрисам, годами выходить в массовке, ожидая достойных ролей. Она сразу же стала получать центральные и главные роли. Старейший драматический театр страны никогда не страдал от недостатка актеров и актрис крупного масштаба. Но на фоне ярких, броских, смачных талантов, которыми изобиловала труппа Малого театра, изысканное дарование и сдержанная, утонченная творческая манера Ликсо выделялись особо. Редкая сценическая индивидуальность актрисы, ее внешний лоск и благородство, ее красота и профессионализм привлекали внимание режиссеров.
Образы, созданные актрисой в начале ее большого творческого пути в произведениях Шекспира, Шиллера, Оскара Уайльда, Б. Шоу, Грибоедова, Островского, Горького, имели значительный успех у зрителей и признание у критиков, что доказывают многочисленные рецензии тех лет. Но не менее убедительна, по свидетельству тех же рецензентов, актриса бывала и в ролях современниц, ролях, сыгранных в пьесах советских драматургов Н. Погодина, Б. Ромашова, К. Тренева, Д. Зорина, А. Корнейчука, К. Паустовского, С. Алешина... В пьесах Александра Корнейчука, одного из постоянных авторов Малого театра советского периода, Ликсо довелось играть особенно много. В «Калиновой роще», «Крыльях», «Моих друзьях», «Странице дневника» и других пьесах знаменитого в свое время драматурга она создала множество разнообразных женских характеров.
С годами репертуар актрисы становился шире и многообразнее. Расширялся и ее творческий диапазон. В палитре актрисы появлялись новые, прежде не используемые краски. Лирически окрашенные и романтические образы потеснили характерные персонажи. К ролям драматического звучания добавились трагические, трагикомические и откровенно комедийные роли.
В комедии Островского «Волки и овцы» она сыграла забавную, чуть-чуть нелепую, по-детски наивную и трогательную, мечтающую о любви и новом замужестве вдовушку Купавину. Затем появилась Татьяна Ивановна - персонаж Достоевского в инсценировке его повести «Село Степанчиково и его обитатели». Полубезумную, утерявшую связь с внешним миром героиню Достоевского И. Ликсо сыграла почти в трагическом плане. Она избегала подчеркивания выигрышных для сцены патологических подробностей, основание для которых давала роль. Но стремилась обрисовать характер, надломленный жизнью, показать искалеченную, загубленную человеческую судьбу.
А потом вновь возникали комедийные роли, которые актриса исполняла явно с удовольствием, наслаждаясь ими сама и радуя своей игрой зрителей. Различные аспекты юмора, многообразные оттенки комического отражала она в образах комедийного плана.
В «Странице дневника» ограниченную, эгоистичную Магдалину, молодящуюся даму, беззастенчиво использующую свое женское обаяние, Ликсо изображала саркастично, но вместе с тем тонко. В очаровательной сказке С. Маршака «Умные вещи» она очень смешно и озорно, в сатирическом ключе играла глупую, чванливую Царицу-иностранку, претенциозную кривляку, безбожно коверкающую русские слова. А в комедии Э. Скриба «Стакан воды» она была милой, славной, прелестной, без памяти влюбленной и совершенно безвольной королевой Анной, которая в мыслях и чувствах своих была так далека от политики и государственных дел. И эту роль актриса исполняла в мягкой, лирической манере, прибегая к нежным краскам и тонкому юмору.
Вообще царицы и королевы самых разных стран, а также русские и иностранные аристократки всех рангов и титулов заняли в репертуаре актрисы особое место. Пожалуй, трудно назвать другую актрису в сегодняшней труппе Малого театра, которой бы поручали играть такое количество ролей монарших и титулованных особ, ролей людей благородного происхождения. Княжна Старицкая («Иван Грозный»), леди Макдуф («Макбет»), леди Анна в пьесе о Шекспире «Человек из Стратфорда», леди Уиндермиер и миссис Эрлин («Веер леди Уиндермиер»), королева Анна («Стакан воды»), графиня Воронцова («Наш современник»), помещица Войницкая («Леший» и «Дядя Ваня»)...
И всегда в ролях особ высокого звания Ирина Ликсо безупречно точна и убедительна. В ее героинях чувствуется порода, имитировать или сыграть которую практически невозможно. Благородные черты, горделивая осанка, величавый жест, выверенный тон, тонкий вкус, сдержанные, строгие манеры... Все это дается не каждому. Но есть в актрисе Ирине Ликсо еще нечто сверх этих качеств, щедро подаренных ей природой и усвоенных воспитанием. Нечто, не поддающееся определению, нечто такое, что кроется глубоко внутри, что, собственно, и делает ее столь убедительной и органичной в ролях героинь благородного происхождения.
Даже играя загнанную жизнью и скрягой-мужем Крутицкую в спектакле «Не было гроша, да вдруг алтын», актриса подчеркивает внутреннее благородство и человеческую значительность этой несчастной женщины. Ее Анна Тихоновна давно лишилась своего былого положения, живет далеко от людей своего круга в окружении грубоватых и необразованных соседей. Она глубоко унижена жизненными обстоятельствами и беспросветной, как ей думается, нищетой. Но, даже потеряв надежду, почти уже впадая в отчаяние, героиня Ликсо сохраняет человеческое достоинство и независимость духа, изначально ей присущие.
Силой духа, мужеством и готовностью защищать свое достоинство до конца отличались и другие героини Ирины Ликсо, по воле обстоятельств оказавшиеся на обочине жизни. Среди них — Анна Андреевна Ихменева в спектакле, поставленном по роману Достоевского «Униженные и оскорбленные». Самоотверженной любовью к дочери, страстным желанием защитить ее, спрятать от невзгод и обидчиков, оградить от боли и печали жила актриса в этой роли.
Вообще материнская тема - особая в творчестве актрисы. Сколько она сыграла за свою долгую сценическую жизнь матерей благородных семейств и матерей, принадлежащих к самым широким слоям общества. Сколько их было в ее творческой биографии! Почти теряющая разум от отчаяния леди Макдуф, на глазах которой гибнет сын от рук убийцы («Макбет»). Энергичная, не лишенная практицизма, гранд-дама Чебоксарова, мать светской барышни Лидии («Бешеные деньги»). Хлопотливая, домовитая Домна Пантелевна, воспитавшая дочь, ставшую актрисой («Таланты и поклонники»). Страдающая за дочь, которой выпала нелегкая женская судьба, Анна Дмитриевна («Живой труп»). Лишенная материнского чутья, не замечающая драмы собственного сына, разворачивающейся на ее глазах, Войницкая («Леший» и «Дядя Ваня»). Уверенная в том, что нашла выгодную партию для дочери, торопящаяся вступить в права тещи Кухарникова («Дети Ванюшина»). Растерянная, не знающая, как помочь сыну, Куликова, мама советского студента, за вольномыслие отлученного из института («Летние прогулки»)...
Тема материнской любви, важная, ответственная и весьма сложная для ее воплощения на сцене, несомненно, близка Ирине Ликсо как человеку, актрисе, женщине и матери. Сама Ирина Анатольевна - чудесная заботливая мать и замечательная бабушка.
Верный, надежный, преданный человек из породы однолюбов, она 36 лет прожила в браке с мужем и после его ранней смерти больше не выходила замуж. Своего мужа, Балмасова Евгения Яковлевича, она впервые увидела еще девочкой, когда жила в Калуге. Потом прошло много, много лет, прежде чем они вновь встретились. Он был старше ее на четыре года, до войны успел окончить Электротехнический институт и в первые же дни Второгт мировой был призван на фронт. Дивизия, в которой он служил, попала в окружение, и все, кто остались в живых, были захвачены в плен и отправлены в Германию, в концентрационные лагеря. Годы, проведенные в двух страшных фашистских концлагерях, Дахау и Заксенхаузене, несомненно, укоротили жизнь этого замечательного человека, талантливого ученого и педагога. Он чудом избежал печей и не умер от истощения и непосильной работы. Чудом не погиб при наступлении наших войск, когда немцы собирались утопить всех, оставшихся в живых пленных. А когда вернулся домой, на Родину, чудом избежал ссылки в сталинские лагеря, куда попадало большинство вернувшихся из плена. Тем не менее первую кандидатскую диссертацию Евгения Яковлевича зарезали, а вторую он смог защитить только в 1953 году, после смерти Сталина. В последние годы Е.Я. Балмасов преподавал в Лесотехническом институте, написал и защитил докторскую диссертацию, но дождаться ее утверждения не успел. В 80-м году его не стало. Удостоверение докторской степени за отца получала дочь Елена.
Дочь Ирины Анатольевны Елена Красникова вначале пошла по стопам отца. Окончила технический ВУЗ, работала в различных НИИ. Но огромный интерес и сильная любовь к театру, незаурядные знания и эрудиция, жажда самовыражения и открывшийся талант журналиста привели ее вначале в театральную журналистику, а затем на телевидение. Уже десять лет Елена Красникова работает в телекомпании Рен-ТВ, является художественным руководителем объединения «Эльдарадо». Она выпускала цикловые передачи «Белый попугай», «Парижские тайны», «Избранницы», сейчас вместе с Эльдаром Рязановым работает над циклом «Поговорим о странностях любви».
Внучка Ирины Анатольевны, очаровательная Женечка, учится на факультете журналистики в МГУ.
Дар воспитателя и педагога, проявленный Ириной Анатольевной Ликсо в ее собственной семье, оказался необходимым и востребованным в ее втором родном доме — в Малом театре, а точнее, в его школе — училище имени М.С. Щепкина. Много лет она преподавала актерское мастерство на курсах, руководителем которых являлся В.И. Коршунов. Осуществила четыре выпуска. Среди ее учеников Александр Домогаров, Кирилл Козаков, Ольга Егорова, Елена Валюшкина, Марат Башаров, Александр Вершинин и многие другие замечательные молодые артисты.
Вот уже 60 лет — цифра воистину ошеломляющая - служит Ирина Анатольевна Ликсо родному Малому театру, не изменив ему ни на день, ни на час. Такая преданность делу, такая верность старейшей сцене достойны искреннего восхищения — тем более в наши дни, когда такие качества, как преданность и верность, проявляются лишь у редких, особенно цельных и глубоких натур.
За свою долгую творческую жизнь актриса погружалась на сцене в различные исторические эпохи, странствовала по многим городам и странам, вживалась в быт, нравы и обычаи разных социальных слоев. Вместе со своими героинями она оказывалась в стародавних боярских временах, в эпоху Ивана Грозного. Попадала в век расцвета дворянской культуры и переживала период ее упадка. Возвращалась в новейшие времена, приближалась к нашим дням и вновь удалялась в глубь истории, на десятилетия и века назад.
Она была на сцене и испанкой, и англичанкой, и немкой, и чешкой, и русской, и украинкой... Становилась то дворянкой, то мещанкой, то королевой, то столичной светской барышней, то помещицей, живущей в глубокой провинции, то студенткой, то женой профессора...
В активе актрисы Ликсо множество разноплановых сценических персонажей в произведениях русской и мировой классики, в пьесах современных отечественных и зарубежных авторов. При этом она работала над порученными ей ролями с режиссерами разных поколений и различных художественных школ. С И.Я. Судаковым, К.А. Зубовым, П.М. Садовским, В.И. Цыганковым, Б.И. Равенских, Л.Е. Хейфецем, С. Жигоном, Б.А. Львовым-Анохиным, Б.А. Морозовым... Эти замечательные художники со своим индивидуальным, ярко выраженным творческим почерком ставили перед актрисой разные, порой очень сложные задачи. Но она всегда с честью справлялась с ними. Тонкое художественное чутье и сиюминутная готовность отозваться на интересное предложение постановщика выводили ее на верную дорогу.
Актриса Ликсо глубоко чувствует и успешно передает на сцене авторский стиль и жанр пьесы, верно ощущает особенности различных временных эпох. Она умеет уловить творческую манеру режиссера, попасть в его поэтику. Ей удается точно и органично вписаться в исполнительский ансамбль, в атмосферу спектакля, в его общее художественно-постановочное решение.
«Ирина Анатольевна — актриса, обладающая безупречным вкусом и удивительным чувством стиля, - говорит о Ликсо народный артист России В.И.Бочкарев. — Поразительным было ее попадание в стилистику спектакля «Утренняя фея», поставленного Львовым-Анохиным. Она играла там Странницу, как думали люди, к которым она забредала на ночлег, но на самом деле это была Смерть. Как точно, как тонко Ликсо уловила грань между живым персонажем и аллегорией! Вроде бы она была такой же женщиной, как все, только очень, очень красивой, и вместе с тем казалась каким-то неведомым созданием, чем-то совершенно нездешним, неземным, ирреальным. Это было великолепно! Эта роль удивительно совпала с актерской индивидуальностью Ликсо. В Ирине Анатольевне, когда она на сцене, есть некоторая отстраненность, сдержанность, некий такой холодок. И роль Утренней феи подошла ей совершенно феноменально.
Очень убедительно играла она также Войницкую в чеховском «Лешем». Это вообще был потрясающий спектакль, один из лучших, поставленных Борисом Морозовым в Малом театре. Там была особая атмосфера и великолепный актерский ансамбль, очень точно подобранный. Все наши артисты играли виртуозно. Анненков, Юрий Соломин, Каюров, Михайлов... И среди них - Ирина Анатольевна Ликсо в роли Войницкой, ставшая, бесспорно, украшением спектакля, одной из главных его удач».
Две роли, названные коллегой Ирины Ликсо, безусловно, принадлежат к числу самых больших достижений актрисы позднего периода ее творчества.
Ее Утренняя фея из одноименной пьесы-притчи А. Касоны завораживала, манила, увлекала кроющейся в ней неразрешимой загадкой. Она казалась прекрасным видением, поэтическим миражом, надмирным существом, словно бы возникшим на краткий миг из ночного воздуха, из небытия и растворившимся в утренней прохладе, вернувшимся в вечность. Она приходила ниоткуда и уходила в никуда, появляясь ночью и исчезая на рассвете. Люди, дающие ей ночлег, принимали ее за странницу. И лишь наиболее мудрые понимали: это сама Судьба, Рок, Смерть в образе прекрасной женщины.
Смерть в обличье живого человека, Смерть, обернувшаяся женщиной! Как это сыграть? Как передать эту двуликость, дать почувствовать зрителю ускользающую двойственность человеческого и символичного в одном персонаже, соединить земное, реальное с мифическим, легендарным, аллегоричным. Актриса блестяще справилась с поставленной задачей. Ее Странница-фея была поэтически возвышенным сценическим воплощением сложного философского символа и одновременно живой женщиной со своей горькой неутешной судьбой, вечной печалью и своей никогда не осуществимой мечтой. Она была предельно сдержанной, отстраненной, неземной и одновременно чарующе женственной, пленительно-манящей. Тончайшая граница между двумя ипостасями ее героини размывалась, растушевывалась актрисой до полной неуловимости.
Ослепительно прекрасная, в струящемся серебристо-дымчатом облачении, в ореоле полной таинственности Утренняя фея Ликсо была совершенно неотразимой. Оторваться от нее, отвести глаза было невозможно. И, пока она присутствовала на сцене, все время казалось: случится чудо или произойдет что-то неотвратимое.
Не менее пристальное внимание привлекала и Войницкая из ранней чеховской пьесы «Леший» - предтечи «Дяди Вани». В этой героине Ликсо в отличие от Утренней феи не было никакой загадки, мистики или символики. Напротив, она оказалась предельно конкретной, абсолютно реальной и очень даже земной. И именно определенность, живая конкретика этого сценического характера, разработанного актрисой глубоко и подробно, вызывала острый интерес. Ее Войницкая, весьма импозантная немолодая дама, подверженная страстям и увлечениям, фанатично преданная самым немыслимым идеям, пристрастная, назойливо-настырная, сосредоточенная на пустяках и почти не интересующаяся родным сыном, стала одной из центральных фигур многонаселенного спектакля Морозова. Она была наиболее сильным раздражителем среди всех прочих персонажей, живущих в атмосфере всеобщей взвинченности, ссор и раздоров, ожидания и тоски, всеобщей душевной глухоты и безуспешных попыток понять ближнего.
Вариацию на тему этого чеховского характера Ликсо повторила в спектакле «Дядя Ваня», где она играет героиню с тем же именем, с подобной судьбой, с качествами характера и свойствами души, напоминающими первую Войницкую.
Сегодня в репертуаре актрисы Ликсо Войницкая в «Дяде Ване» и Анна Тихоновна Крутицкая в спектакле «Не было ни гроша, да вдруг алтын». Две роли. Немного для актрисы такого значительного уровня. Ко-
нечно, она мечтает о большем. Но не ропщет, не жалуется на недостаток новых ролей. Серьезно готовится к каждому выходу на сцену и играет свои две роли ответственно, с высоким профессионализмом и большой самоотдачей.
Она ко всему относится спокойно и мудро. Всегда держится ровно, сдержанно. И во всем сохраняет достоинство. Достоинство, которое она ни разу не уронила на протяжении долгой и сложной ее жизни в театре. Удивительная интеллигентность, высокая культура, внутренний такт

Дата публикации: 09.04.2009