Новости

АЛЕКСАНДРА АЛЕКСАНДРОВНА ЯБЛОЧКИНА Из книги С.Г. Кара-Мурзы «Малый театр. Очерки и впечатления». М., 1924.

АЛЕКСАНДРА АЛЕКСАНДРОВНА ЯБЛОЧКИНА

Из книги С.Г. Кара-Мурзы «Малый театр. Очерки и впечатления». М., 1924.


Александра Александровна Яблочкина, недавно справившая З5-летний юбилей своей сценической деятельности так же, как и некоторые другие выдающиеся актрисы Малого театра, происходит из артистической семьи.

Ее прадед и дед, отец и мать служили сцене. Прадед был дирижером оркестра в эпоху Екатерины Второй, дед был дирижером в балете. Отец А. А. Яблочкин, артист и исключительно талантливый режиссер, был главным руководителем Александрийского театра в Петербурге, некоторое время работал в Тифлисском театре, недолго у Корша. Он пробовал себя также и на поприще драматургии: первой его пьесой была трехактная комедия-водевиль «Курьезные похождения», поставленная в первый раз в Тифлисе в бенефис автора.

Мать А.А.. Серафима Васильевна, рожденная Сорокина, играла сначала в петербургском казенном театре, а впоследствии в Малом в Москве. Выдающимся дарованием она не отличалась, но в прессе того времени можно встретить сочувственные отзывы об исполнении С. В. Яблочкиной ролей Катерины в «Грозе», Лидочки в «Свадьбе Кречинского», Марьины в «Каширской старине» и пр. Не без успеха выступала она в «Провинциалке» Тургенева. Зато ярким и интересным талантом обладала единородная сестра А. А., дочь Яблочкина от первого брака с Анной Степановной Медведевой — Е.А. Яблочкина. Семнадцатилетней девушкой она дебютировала на казенной сцене в Петербурге и сразу очаровала зрителей в ролях молодых девушек; в таланте ее одинаково ярки были элементы лиризма, мечтательности и трогательности, что давало артистке возможность производить сильное впечатление в мелодрамах, а также черты задора, юмора и веселья, которые блестяще проявлялись в ролях Верочки в «Шутниках», Полины в «Доходном месте», Лизы в «Горе от ума».

Через два года после поступления Е. А. Яблочкиной на Александрийскую сцену, в 1871 г., отец ее, снявший антрепризу в Тифлисе, увез туда Е. А. в разгар ее шумных успехов, и казенный театр лишился выдающейся, промелькнувшей ярким метеором артистки. В это время явилась на Александрийскую сцену другая артистка — художница М. Г. Савина, которая и заменила Яблочкину, получив все ее роли, Е.А. Яблочкина же на всю жизнь осталась в провинции, перейдя с годами на роли комических старух, в которых ее талант проявлялся так же всесторонне, как и в ролях энженю. Она кончила свои дни в убежище Русского общества для престарелых артистов и умерла в 1912 году от рака в горле.

Александра Александровна Яблочкина унаследовала свое изящное, ровное и спокойное сценическое дарование, вероятно, от отца. Она родилась и воспитывалась в Петербурге. Ее учителя П. И. Вейнберг и В. П. Острогорский пробудили и укрепили в ней любовь к литературе и театру. 16 лет А. А. переехала в Москву и здесъ начала заниматься под руководством Г.Н. Федотовой, от которой усвоила благородные приемы игры и тонкую сценическую технику. Однажды Яблочкину назначили участвовать в выходе в «Мессалине». Однако отец запретил ей итти на выход, взял из школы и стал заниматься с дочерью сам. Его уроки, несомненно, были весьма плодотворны для молодой артистки.

Весной 1880 г. Островский, бывший тогда заведующим репертуарной частью Малого театра и начальником театрального училища, устроил пробу молодым силам. А. А. участвовала на пробе, сыграла акт из «Горя от ума» и акт из «Грозы». Островский остался очень доволен Яблочкиной и хотел принять ее в свой класс, но, спустя несколько месяцев, умер. Осенью, узнав об успехе пробного выступления А. А., ее пригласил в свою труппу Ф. А. Корш на амплуа энженю. Здесь она дебютировала в «Горе от ума» в роли Софьи, которую исполняла затем в Малом театре в продолжение почти 20 лет.

Через два года А.А. перешла от Корша в Малый театр по настоянию В. Н. Давыдова и совету старинного друга семьи Яблочкиных, известного эстета и театрального энтузиаста С.А. Юрьева.

На Малой сцене А.А. также дебютировала в роли Софьи с большим успехом. С неменьшим одобрением было принято публикой исполнение А.А. роли Беатриче в «Много шуму из ничего». В подготовке этой роли А.А. помогал А. П. Ленский. Пресса отметила в игре Яблочкиной влияние Федотовой. Сочувственно отозвался критик Кичеев, написавший «Яблоко от яблони недалеко падает». И это было совершенно правильно. Хотя в классе Федотовой Яблочкина регулярно занималась только несколько месяцев, но в продолжение всей своей последующей работы А.А. пользовалась ее советами и руководствовалась ее указаниями. Многие роли своего репертуара А.А. получила после М. Н. Ермоловой, напр., Офелию, Корделию, Дездемону, Анну в «Ричарде», «Таланты и поклонники», «Цену жизни», «Светит да не греет».

Легко представить себе волнение и робость А. А., когда ей приходилось впервые заменять гениальную артистку; тем не менее со всеми этими ролями Яблочкина справлялась прекрасно. Первое время А. А. держали на водевилях. Своей техникой она обязана именно тому, что переиграла множество всякого рода водевилей и комедий. Яблочкина придерживается того мнения, что современная театральная молодежь поступает неправильно, сразу начиная свою деятельность о больших, серьезных ролей. Это напрасно. Необходимо сначала приобресть живость, свободу движений и жеста, технику, а это все дается, по мнению А А., только водевилем. С течением времени с водевилей А. А. перешла исключительно на роли выдержанных, воспитанных, энглизированных барышень. Роль Эммы Леопольдовны в «Джентльмене» А. И. Сумбатова явилась поворотом на роли coquette.

Когда в Москву приезжал Томазо Сальвини, Яблочкина играла с ним Дездемону, при чем в диалогах с Отелло переходила на итальянский язык, что, по замечанию Н. В. Дризена («Сорок лет театра»), было, пожалуй, и излишне, ибо произношение итальянских фраз все равно было русское. Но Сальвини остался очень доволен игрой А. А. и весьма ее хвалил. А. А. играла с итальянским трагиком в оба его приезда. Артист был необычайно внимателен к Яблочкиной и, уезжая сказал, что если ему придется еще раз приехать в Москву, то он выступит в «Самсоне и Далиле», при чем Далилу должна будет играть А.А. Однако, желанию Сальвини не суждено было сбыться: знаменитый артист в скорости навсегда покинул сцену и больше в Россию не приезжал.

Естественно, что при наличии таких артисток, как Ермолова, Федотова, Никулина, А.А. в молодые годы приходилось выступать не особенно часто, и она месяцами оставалась без работы. Но у молодой Яблочкиной, вообще чрезвычайно серьезно относящейся к своему призванию, было одно очень ценное свойство. В свободное от службы время она разучивала интересующие ее роли. Особенно летом после однотонной работы зимнего сезона, она усваивала 8—10, новых ролей и уезжала на гастроли. Таким образом, вне своего репертуара в Малом театре она выучила сотни ролей, из которых многие не были сыграны ею никогда. При этом А. А. выучивает свои роли на зубок, и часто воюет с суфлерами, только мешающими ей. Такая работа над усвоением ролей явилась для А. А. огромной и полезной школой. К. Н. Рыбаков часто шутил над А. А., говоря, что пьеса еще не роздана, а Яблочкина знает ее уже наизусть.

6 февраля 1914 года А. А. праздновала в Малом театре свой двадцатипятилетний юбилей и выступила в «Василисе Мелентьевой». Первоначально Яблочкина собиралась поставить «Чайку» Чехова, предполагая играть роль Аркадиной, Одно время руководителей Малого театра сильно упрекали в том, что на образцовой сцене не ставится Чехов, что казенный театр игнорирует автора «Дяди Вани». И Яблочкина решила пробить брешь. Ей хотелось связать свой юбилей с первой постановкой Чехова в Малом театре. Труппа встретила эту мысль с восторгом. Дирекция пошла ей навстречу. Но наследники Чехова отказали А. А. в своем согласии на постановку пьесы. Они вспомнили провал «Чайки» в Петербурге, намекнули на обиду, нанесенную Чехову неодобрительным, отношением, проявленным Литературным Комитетом Малого театра к представленному им «Дяде Ване», указали на тесную связь, -существующую между Чеховым и Художественным театром и согласия не дали. Этот отказ очень огорчил А. А., но делать было нечего. В те поры авторские права собственности ревниво охранялись за наследниками писателей.

Роли, разученные Яблочкиной вне репертуара Малого театра, она играла в своих провинциальных гастролях. А. А. исколесила всю Россию: юг, запад, Кавказ, Сибирь, и провинция знает ее, пожалуй, не меньше, чем Москва. Из провинции она получала множество приглашений уйти с Малой сцены. Звали к себе Соловцов, Андреев-Бурлак; Вл. Ник. Давыдов приглашал перейти в Петербург. Надо сказать правду: бывали тяжелые времена, случалось сидеть без работы, получать гроши. Но ни одно из этих предложений, никакие большие оклады не пересилили ни любви А.А. к Малому театру, ни сознания чести играть на его сцене. Однажды только Яблочкина взяла отпуск на два месяца среди сезона и уехала гастролировать к Грекову, в Одессу, где играла с Ивановым-Козелвским, Чарским и имела большой успех. Здесь опять все окружающие уговаривали А. А. оставить Малый театр, но безуспешно.

Семьи у Яблочкиной нет. «Мой дом, моя семья, — говорит сама А.А., — это Малый театр. Жизнь проходила все время мимо меня. Я жила только на сцене и только для сцены. И когда уходит кто-нибудь с этой сцены, как ушли уже многие: Н.М. Медведева, Н. И. Музиль, А. П. Ленский, Ф.П. Горев, М. П. Садовский, — с ними уходит как бы часть меня самой». Девизом А. А. служат слова Негиной из «Талантов и поклоников»: «Я актриса.... Мне бы только на сцене быть. Разве я могу без театра жить...».

15 февраля 1924 года А, А. справила свой 35-летний юбилей, выступив и блестяще сыграв роль обольстительной, но хитрой интриганки в веселой скрибовской комедии «Дамская война». Этот юбилейный спектакль Яблочкиной воочию обнаружил те горячие симпатии, какими пользуется А.А. у всей театральной Москвы, в широких кругах зрителей, у знатоков и ценителей искусства Яблочкина преимущественно артистка высокой комедии, но она прекрасна и в драматических ролях. Ее дарование горит спокойным, ровным светом, без особенно ярких вспышек, но и чуждое болезненных мерцаний. Это бодрый и здоровый талант, сторонящийся надломов и истерики, в меру углубленный в психологические переживания, избегающий потрясающих эффектов, подчеркнутой экспрессии, гипертрофированной страсти. В исполнении А. А. не чувствуется горячности, нет даже особенной теплоты, но это холодок, присущий мрамору, благородной скульптуре. Не даром кто-то назвал Яблочкину весталкой Малого театра. Игра А. А. ласкает и зрение и слух зрителя. У нее мягкая речь, музыкальный голос, чистая дикция, пластичность движений и жестов, красивые линии. Что бы она ни играла: графиню в «Женитьбе Фигаро», Коринкину в «Без вины виноватые», леди Гильтерн в «Идеальном муже» — ее исполнение подкупает своей простотой; сценические эффекты, к которым она должна прибегать в силу требований автора и сценария, смягчаются сдержанной умеренностью и оттого становятся жизненнее и реальнее, чувство меры в высокой степени присуще А.А Оттого большинство созданных ею образов: Королевы Елизаветы в «Марии Стюарт», Дездемоны в «Отелло», леди Анны в «Ричарде III», Ксении в «Царе Борисе», полны ясного, такого прозрачного чувства, подчас тонкого лиризма, чуждого вскриков, исполненного одной лишь правды внутреннего переживания.

Вспоминается ряд ролей: Варвара Сулимарская в «Каштелянском меде», Зимина в «Светлой личности», Эмма Леопольдовна в «Джентльмене», Юлия в «Идеальной жене», Лаура в «Каменном госте» и др., в которых Яблочкина блистала такой хорошей театральностью, порой отличным светским лоском, всегда полная сценической грации, драматическото такта и психологической убедительности. В истории Малого театра А. А. Яблочкина останется, как ее верная дочь, отдавшая его сцене всю свою душу, свое дарование и жизнь.

Дата публикации: 18.04.2006